Мальчишки, такие мальчишки… | Наша газета

Мальчишки, такие мальчишки…

Мамские заметки на полях…

Екатерина СМИРНОВА.

11081686_805076162906962_1635175481_nПоследние несколько месяцев я не просто мама, а мама двух сыновей —  Женьки и Миньки. Маленький, пока ещё не слишком  сильно проявляет свою мальчишескую сущность, но папа наш тоже во многом остался мальчишкой, а недавно у нас появился щенок. И тоже — мальчик.

Мальчишки разбрасывают вещи, с этим можно бороться, но с годами привыкаешь и почти смиряешься. Дерутся, кричат, издают звуки, очень похожие на выстрелы и взрывы. Сколько не пыталась пов-торить сама — не смогла.  Когда я вижу  девочек — то для меня  они как — будто из «другого мира». Послушные, тихие, бантики, косички, туфельки к платью в тон…

Младший родился через 15 дней после того, как старший пошёл в первый класс. Мне многие сочувствовали,  мол, трудно будет, первоклассник и новорожденный.  А я не понимаю, разве второклассник и новорожденный, или первоклассник и двухлетка — это легче?  Что правда мне даётся непросто — это учить уроки. Меня психологи закидают тапками, но уроки мы учим вместе. Часто втроём. Или вчетвером. Это когда младший сидит у меня на руках, собака рядом, а старший за партой пытается превратить свои каракули в что-то напоминающее слова.

Почти каждый день у нас всё происходит позже, чем у Женькиных одноклассников. Он позже садится за уроки, так как до этого мы гуляем с Мишей, потом с собакой, потом у него начинается самбо или английский. Готовится ко сну тогда, когда большинство видят десятый сон. Пока все попытки выстроить правильный режим проваливались.

В феврале у ребёнка было первое занятие лыжами в школе, на котором мы с Мишей обещали присутствовать. Как бывает, опоздали, поэтому школьники уже ушли кататься в парк, а с ними и наблюдающие родители. Для того чтобы попасть к месту катания мне надо было либо немножко обойти, либо подняться прямо около школы по лестнице. Лестница засыпана снегом, а посередине заледенела. Не будучи уверенной, что пойдя в обход, успею найти детей до конца урока, я решила брать штурмом лестницу. Закатить коляску «головой вперёд» не получилось. Попробовала «зашагать ногами вперёд», ведь я видела, папа наш «зашагивал» на днях. Повернулась спиной к лестнице, взялась одной рукой за перила, другой за ручку коляски и потащила её вверх. Почти получилось, но на последние две ступеньки затащить коляску я не смогла. Не шагает и всё тут. Стою в ужасе. Лестница скользкая, держу изо всех сил, понимаю, что сейчас мы все полетим вниз, и Мишка просто разобьётся. Вокруг — никого. Очень страшно, ругаю себя за безответственность. Миша на меня смотрит и смеётся. Молюсь. Присела, наклонила коляску к себе, одной рукой держусь за перила, второй вытащила Мишу, коляска полетела вниз. Мы тихонько спустились, я выдохнула. Слава Богу. Коляска не сломалась. Женькиного возвращения ждали уже у школы.

О спасении через чадородие

На фоне материнских будней пришло мне в голову доступное мне объяснение этой фразы о женском спасении.  Ни в коем случае не претендую на правильность, может быть, это одна из маленьких граней. Рождение детей — это самый простой способ учиться жертвовать собой. Наверное, не собой, а своим комфортом, своими сиюминутными, однако, несмотря на эту минутность, вполне императивными,  желаниями.

Учишься жертвовать собой, когда рожаешь, потом, когда не ешь шоколад и клубнику, потому что у малыша аллергия. Учишься ночью, когда так хочется спать, но надо проснуться и переодеть ребёнка, и так хочется толкнуть мужа и попросить, чтобы переодел он, но не толкаешь, и таким образом опять же учишься. А иногда — толкаешь, и тогда он тоже учится…

Вроде бы это так просто и инстинктивно, но, может быть, и должна учёба быть такой простой и доступной, по крайней мере для кого-то?… Потом, когда ребёнок уже вырастает, забота о нём становится такой привычной и менее трудозатратой, хотя и с большей степенью тревог и происшествий. Отношения с мужем так же предполагают жертвенность, но при современном уровне бытового комфорта и не слишком высоких притязаниях мужчины в кулинарном плане, есть возможность опять начать выстраивать свою жизнь прежде всего опираясь на эгоизм. С маленьким, а, наверное в ещё большей степени с несколькими маленькими — опираться исключительно на свой эгоизм — непозволительная роскошь.

И ещё такой момент.  Именно дети периодически помогают мне не выпасть окончательно из церковной жизни. Когда совсем не хочется идти в Храм, когда вновь не молишься, не читаешь, не думаешь… Но — детей надо причащать, поэтому в Храм всё же идёшь. Но старшему надо читать Закон Божий, объяснять о службе, о праздниках, поэтому хоть немного, но всё равно читаешь. И о детях надо молиться. И если у младшего крёстная такая, которая молится, я знаю, то о старшем кто же помолится… Я знаю, это неправильный подход. Всё должно быть наоборот — дети должны видеть, что родители живут со Христом. Но часто всё происходит не так как «должно»…

О чувстве вины

Периодически я  впадаю в депрессии на тему о том, что я «плохая мать» (плохая жена, хозяйка, дочь, врач, человек, христианка — подставить любое). Виновата перед старшим, что передала ему свой неспокойный характер, что в период с 3-х до 6-ти лет уделяла ему недостаточно внимания, что сейчас срываюсь и кричу. Перед младшим за то, что вся наша жизнь крутится вокруг старшего, за то, что срываюсь и кричу при нём. Перед всеми за то, что плохо веду хозяйство и ничего не успеваю. И прочее, прочее, прочее… Однако, эти мысли деструктивны, и, как сказала недавно одна хорошая знакомая, на них уходят силы, которые надо было бы тратить  на решение проблем. И в целом, стремление найти виноватого — себя, или окружающих, это нездоровое стремление. Вчера мы объявили войну семейного масштаба с вопросом «Кто виноват?», решив сосредоточиться на вопросе «Что делать?»

О многодетности и частной жизни

Некоторое время назад на Правмире появилось несколько чудесных статей о многодетности, написанных замечательными мамами. Статьи эти вызвали восторженные отклики и бурные обсуждения. Среди прочего в этих статьях всегда говорят о том, что многодетность в нашем обществе воспринимается как нечто странное.

Я точно не знаю так ли это, так как сама смотрю на многодетны семьи с чувством близком к самому восторженному, но, наверное, так. Но в обсуждениях был такой момент, что в околоцерковных кругах осуждение вызывает «немногодетность». И это тоже правда..

Я сама помню, как при записи сына в воскресную школу, опускала глаза, при ответе на вопрос «многодетные?» Я помню жалобы в блоге одной матушки, мамы единственного ребёнка, на негативное отношение прихожан к её «однодетности». В связи с этим я думаю, что в принципе, слишком много внимания уделяется тому, сколько детей «в той семье». И часто не из стремления помочь или посочувствовать.  Всё же это личное дело каждой семьи, личная история каждой семьи… Много детей, мало, один, ни одного — это личный выбор каждого, не всегда основанный на балансе эгоизма и жертвенности.

Не каждый может понести многодетность, так же как и не каждому возможно стать мастером спорта, не говоря уж об олимпийском чемпионстве… И ещё мне кажется, что многие современные женщины оказываются в ситуации, когда видят два возможных противоположных образа существования. С одной стороны, тиражируемый в светском обществе идеал успешной женщины, которая делает карьеру, и, откла-дывая рождение детей, «замораживает яйцеклетки», чтобы потом родить здорового ребёнка. С другой стороны, «церковный идеал»,  одной из сторон которого является обязательная многодетность. Но большинства не идут ни тем, ни другим путём. И не так уж, может быть, важно, сколько детей в данной конкретной семье.

Главное, чтобы они жили в любви.

 

Добавить комментарий