Мое паломничество на Афон | Наша газета

Мое паломничество на Афон

Алексей Лукашин

Мечты…мечты…

На  Афон я мечтал поехать давно. Место для меня это было сказочным, мистическим и недоступным. По моим тогдашним соображениям на Афон могли попасть только избранные, особенные  люди к коим себя я никогда не причислял. Мистичность подчеркивал и порядок оформления въезда на Святую гору. Помимо оплаты перелета, брони гостиницы на первую и последнюю ночи, медицинской страховки и получения греческого Шенгена, необходимо получить так называемый диамотирион — разрешение на въезд в монашеское государство Афон. По информации с официального сайта афонского подворья в Москве я узнал, что самостоятельно оформить диамотирион хоть и не дорого, но очень сложно. Указывались сроки получения разрешения от 2 до 6 месяцев.

4 дня на все про все

Так получилось, что в то лето я первый раз за три года планировал отпуск на море и, выбрав для себя и семьи Грецию, решил помимо обычного турпакета, справиться о возможности содействия в получении мною деамотириона.  И, о чудо, все задуманное получилось.

После сдачи документов, я принялся изучать все, что в интернете есть интересного о Святой горе. Основная цель которую я при этом преследовал — организовать свой маршрут и посетить за отведенные 4 дня (время действия диамотириума) максимальное количество монастырей. Информацию я получил объемную, интересную, но практически бесполезную т.к. план планом, но как говорят афонские монахи, как только ты ступил на афонскую землю в Дафни (порт прибытия) дальше до отбытия твоим кормчим является Богородица. На своем примере я лишний раз в истинности этой фразы убедился т.к. весь мой план развалился уже на этой самой пристани, когда перед моим носом, отъезжали последние микроавтобусы с паломниками в столицу Афона Карею, и мне пришлось  идти туда 12 км пешком по серпантинам горных дорог.

По Афону пешком

Я не буду детально описывать свои длительные пешие переходы. Это особенное чувство, время особой молитвы и особенный диалог с самим собой, ну и, наверное, тема отдельной статьи. Скажу только, что к сожалению сейчас не много паломников покрывает афонские расстояния пешком и пешеходные дорожки бывшие в идеальном состоянии сейчас потихонечку зарастают и размываются. В тоже время я наблюдал несколько групп состоявших из католиков и разных протестантов, которых Святая Гора интересовала только лишь с точки зрения пешего туризма. Надо сказать, что их на службы на Афоне не пускают и им приходится слушать в притворах церквей. Хотя получить диамотирион им проще. Приехал в офис-представительства Горы, не выбрана квота, которая никогда не выбирается, бери и езжай. Так что отношение на горе ко всем одинаково благожелательное, отличаются только служебные порядки. Монахи кстати радуются и иноверцам. Говорят, что не зря их Господь ведет, часты случаи, когда такие вот иноверцы оставались в том или ином афонском монастыре.

Еще один совет

И последнее, что хотелось бы отметить или скорее посоветовать тем, кто так же хотел бы походить по Афону, а не поездить на микроавтобусе — первую свою поездку планировать не на июль месяц как я -«умник», а на октябрь-ноябрь, или март-август. Нет испепеляющего солнца, а дорога не всегда идет через заросли деревьев и идти более комфортно. Хотя, как вы понимаете, советовать что либо, когда вас ведет сама Богородица более чем бессмысленно.

Иверский монастырь

Первый монастырь, который я посетил на Афоне, был Иверский монастырь Успения Пресвятой Богородицы. Монастырь хранитель Иверской иконы Божией Матери расположен недалеко от Кареи (километров 5) на западном берегу Горы. В афонской иерархии он занимает третье место. Это была моя первая поездка, и я решил, что для меня важным является приложиться к чудотворной иконе. Я, честно говоря, в последствии не видел на Афоне ни одного монастыря, ни одного скита, о котором можно было бы сказать друзьям: вы, мол, только приложитесь и идите дальше. Каждое место на Горе достойно созерцания и на каждое место нужно время, которого, конечно же, у нас мирских людей (особенно жителей крупных монстров-мегаполисов) не хватает. Думаю, что эта спешка одна из самых серьезных преград на пути духовного роста, к которому мы так стремимся. Всем христианам знакома история создания, спасения и появления на Афоне Иверской иконы Божьей Матери и я не буду на ней останавливаться. Попробую только передать непередаваемое. А именно, мое ощущение от «знакомства» с иконой. Когда меня монах-архиндаричный впустил в небольшую церковку, где обитает эта икона, и я сбросив рюкзак к ней приблизился, меня обдало таким мощным потоком свежего воздуха, что казалось, где-то рядом находится какой-то кондиционер качающий откуда-то горную свежесть. Я стоял с открытым ртом в ощущении полного счастья! Было впечатление, что я все понял про себя, свою жизнь, планы на будущее  и получил ответы на все вопросы, которые меня терзали. Но, к сожалению, в человеке присутствует не только божественное начало, но и противоположное. Оно то и вытащило меня видимо из Иверона и, впоследствии, замылило то ощущение и те ответы.

Ватопед

Далее был физически трудный 30 км переход во второй по старшинству монастырь на Святой Горе. Это Благовещенский святой монастырь Ватопед. Наверное, теперь, слава Богу, практически все в России, знают про существование этого монастыря и про бесчинство греческих властей, в отношении настоятеля монастыря архимандрита Ефрема, который с братией монастыря привозил честной пояс святой Богородицы в Россию. Мы постоянно молимся о здравии и изволении из заточения отца Ефрема, и очень надеюсь, что в следующую поездку уже смогу увидеть его и послушать его наставления. Помимо того, что можно было увидеть о Ватопеде по телевидению хочется отметить благожелательность братии монастыря, их отношения к паломникам. Оно везде на Горе благожелательно, но в Ватопеде особенно. И большое количество исцеленных христиан, в ту самую мою поездку, которые приехали поблагодарить Богородицу. Они ходили за русскоязычным отцом Нектарием с просьбой разрешить им отслужить акафист чудотворной иконе Всецарица (Портанасса) и описывали происшедшее с ними для написания книги о чудесах. Много радостных моментов из памяти моей теплотой возвращаются в настоящее время. И перевозка колокола Ватопеда в Россию и общение с отцами, и исповедь духовнику монастыря папе Георгию, его наставления, и удивительный старец Иосиф и его кончина чему был свидетелем мой духовный отец. Все это не может пройти незаметно для пользы души, не заложить в ней благодатную почву и не оставить чувство легкой грусти, которое не саднит душу, но постоянно зовет обратно на Афон.

Великая Лавра Афанасия Афонского

После ночевки в Ватопеде,  в шикарных условиях по  меркам Афона, я катером направился в Великую Лавру во имя преподобного Афанасия Афонского, имеющую первенство в иерархии Святой Горы. В Лавре не так благополучно с финансами как скажем в Ивероне или Ватопеде и постное меню особенно аскетично, но службы поражают своей духовной силой. В лаврской келье  на 12 человек я познакомился с немцем и шведами, про которых обмолвился ранее и двух бурсаков (учащихся духовной семинарии) одного из Киева, а второго из Санкт-Петербурга.  Они спустились в Лавру с вершины Горы Афон, где были участниками божественной литургии под открытым небом, которую служил духовный отец одного из них. Восхождение на вершину горы — это отдельная тема. Скажу лишь, что мероприятие это не из легких и занимает более суток. Восхождение, как правило, занимает 5-7 часов, спуск еще более продолжителен, прибавьте  к этому время на сон и на саму службу и поймете, что восхождение — это целая экспедиция, а скалы и обрывы  на Афоне не сказочные, а самые что ни наесть настоящие. И вот по прибытию в Лавру передо мной предстал бурсак, который отдыхал после восхождения. Когда стали созывать на вечерню он, бедный, не мог без посторонней помощи влезть в свои штаны, настолько у него распухли ноги. Эти два приятеля рассказали мне о секрете Лавры — о чудесной воде, которая появляется по определенным дням (я так понял, в итоге, что после литургии) и исцеляет страждущих, в приложении с сугубыми молитвами, от алкоголизма. Я привез маленькую бутылочку, отдал нуждающимся и человек, которого пытались излечить, в конечном итоге сам попал  на Афон и действительно не пьет уже продолжительное время. Интересно, что сами монахи на вопросы об этой самой воде разводят руками и делают вид, что абсолютно не понимают о чем их спрашивают. Даже не подскажут никогда, где эту воду взять. Вот такие лаврские тайны.

Свято-Пантелеимонов монастырь

За Лаврой был наш русский, святовеликомученника Пантелеимона монастырь со своими национальными особенностями, иконной лавкой, записочками на годовое поминание, аскетичностью условий и такого же отношения со стороны монахов с одной стороны и необычайно вкусным травяным чаем, скромнейшей, но наивкуснейшей трапезой с другой стороны. В монастыре находится честная голова великомученика и целителя Пантелеимона. Приложится (да скорее подходит слово припасть настолько она велика в моем сознании) к ней можно только в воскресные и праздничные дни. Такие вот национальные особенности в уставе монастыря. Почему национальные? Потому что во всех остальных и греческих и в сербском и болгарском, все чудотворные иконы, мощи и реликвии свободны к лицезрению и приложению. Мне посчастливилось однажды сподобиться как тогда показалось случайно (как собственно говоря и все на Горе). Находясь в  Пантелеимоне, я в иконной лавке, получая от отца заведующего этой лавкой послушание на перевозку некоторых вещей в Москву, почувствовал некую суету вокруг и обнаружил знакомые лица. Одним из присутствующих вокруг которого суетились особо, был Анатолий Николаевич Перминов на тот момент уже в опале по причине утери четырех спутников, но еще пока действующий руководитель федерального космического агентства России. На мою радость, возникшей, нет не подумайте, не из-за того, что спутники потерялись, хотя наверное они Анатолия Николаевича и сподвигли прибыть на Афон, а по причине неожиданно появившейся возможности  приложиться к главной реликвии монастыря, в лавку прибежал  монах и заторопил всех в верхний Храм, где игумен Макарий вынес из алтаря честную главу великомученика и целителя Пантелеимона и ждет гостей. Я тут же напросился с Перминовым, благо он и не упирался и таким образом приложился. Потом мне рассказывал Анатолий Николаевич, что в момент, когда он ступил на афонскую землю, ему позвонили из Москвы и сообщили, что один спутник найден. Но, наверное, не может жизнь состоять из одних лишь чудес, даже если она проходит на Святой Горе и человеку самому необходимо много трудиться, бороться и думать.

Пантелеимон, был в ту поездку, моим последним местом пребывания, оставивший в душе радость монастырских служб, звучащих с русским акцентом и иноязычным старанием русских монахов, особенно красиво и празднично, и исповедь у колен игумена Макария, которому казалось и говорить то ничего не надо, настолько он полон мудрости и оттого ощущение особенно близости к Богу.

Афон,  Афон

Афон занял особенное место в моей душе и это место с новыми поездками, воспоминаниями, встречами с компаньонами по паломничеству только расширяется и эволюционирует. Поначалу казалось, что существует на земле два мира Афон и остальной и если мы вне его, то мы явно не там где надо. Затем, конечно же, приходит осмысление и понимание своего места в жизни своих обязательств перед Богом, родными и близкими людьми и начинаешь спокойно жить в Москве, лишь вспоминая о святой Горе. Коллеги по работе привыкшие к моей излишней болтливости, открытости и ершистости,  наблюдая за мной по приезду с Афона, спрашивали, что со мной случилось или почему я такой пришибленный. А я, честно говоря, только после афонских поездок, особенно когда ездил один, начал ценить одиночество. Начал ценить то состояние, когда не надо ничего никому доказывать, бояться не успеть, не получить. Конечно я не стал другим человеком, но семена делания мне. Кажется, зародились. Спасибо за внимание. Всем Божией помощи и Ангела Хранителя в поездках по святым местам.

Добавить комментарий